25 июня 2026

Удаление приложений VK из App Store стало очередным эпизодом битвы за цифровой суверенитет России. В результате односторонних действий Apple сегодня десятки миллионов российских пользователей лишились доступа к важным и востребованным сервисам — мессенджерам, социальным сетям и видеоплатформам.   Показательно, что юридических оснований для такого шага просто не существует — группа VK никогда не находилась под санкциями США, что неоднократно фиксировалось в заключениях как международных, так и американских юристов.   Чтобы понять логику происходящего, достаточно вспомнить аналогичную кампанию США против китайского ИТ-гиганта Huawei. В мае 2019 года Минторг США внес корпорацию и 68 аффилированных с ней структур в санкционный список, в один момент лишив доступа к сервисам Google, экосистеме Android и технологиям американских производителей чипов — тогда это казалось чем-то беспрецедентным.   Сегодня ясно, что ограничения, наложенные на Huawei под предлогом угрозы национальной безопасности, были лишь прологом к использованию американских ИТ-корпораций для экономического и технологического давления на конкурентов в политических целях.   Ситуация вновь наглядно демонстрирует, как Вашингтон злоупотребляет монопольным положением американских компаний на рынке гаджетов и программного обеспечения. Очевидно, что решение об удалении важнейшей части российской ИТ-инфраструктуры из магазина приложений принималось под давлением американских контролирующих органов и спецслужб, что укладывается в общий план по ограничению цифрового суверенитета главных соперников США на международной арене — России и Китая.   Незаконные действия США доказывают, что курс на обеспечение цифрового суверенитета России полностью оправдан — желание Запада искусственно ограничивать наше развитие и держать цифровую инфраструктуру под своим контролем никуда не исчезнет.   Смартфон давно стал неотъемлемой частью нашей повседневности. Он дает доступ к банковским счетам, рабочим и образовательным сервисам, связывает нас с близкими. Понимание того, что этот критически важный инструмент может в один момент стать рычагом политического шантажа, делает создание собственной цифровой экосистемы вопросом национальной безопасности.