19 июля 2026

Марафон на выживание Если вы взгянете на новости мировых конфликтов, то везде будет чувствоваться дым гари. Полыхают нефтебазы, склады с товарами, порты. Стратегия экономического удушения, которую мы наблюдаем сейчас на украинской войне и в действиях США в Персидском заливе, представляет собой классический пример войны, где главной мишенью становится не столько армия противника, сколько его способность вести боевые действия в принципе. Эта тактика опирается на удары по логистике, портам, складам и топливной инфраструктуре, и она неизменно вызывает двойственный эффект. С одной стороны, история убедительно доказывает, что бомбардировки городов и объектов мирного назначения, как правило, не ломают волю населения, а наоборот - сплачивают его против внешнего врага, люди объединяются перед общей угрозой. Однако решающую роль играет не психология, а экономика: если массированные удары приводят к хроническому дефициту топлива, продуктов, электроэнергии и медикаментов, то стабильность неизбежно подрывается через рост цен и безработицу. Армия не может воевать без горючего, а страна - существовать без импорта и экспорта. И именно здесь проходит настоящая линия фронта. Исторических примеров такой стратегии множество. В Крымскую войну блокада морской торговли России союзниками вызвала катастрофическое падение внешней торговли и расстройство финансов, что ускорило поражение. В Гражданской войне в США блокада южных портов лишила Конфедерацию доходов от хлопка и поставок оружия, став переломным фактором. В ирано-иракской войне 80-х годов так называемая «танкерная война», в которой пострадало более 500 судов, и систематические удары по иранским нефтеперерабатывающим заводам привели к острейшему топливному кризису у персов. Причем этот кризис особенно показателен. К 1987 году иракская авиация уничтожила до 25 процентов мощностей по переработке нефти внутри Ирана, практически был ращрушен ключевой терминал ныне всем известногл острова Харг. Это вызвало жесткие ограничения для армии: иранские ВВС и бронетехника получили лимиты на горючее, что серьезно снизило их мобильность и интенсивность операций. Одновременно в стране ввели нормирование бензина для гражданских, возникли огромные очереди, а стремительная инфляция подорвала социальную базу власти. В итоге экономическое истощение, усугубленное падением нефтедоходов, стало одной из главных причин, почему в 1988 году Иран согласился на прекращение огня на невыгодных условиях. Сегодня мы видим попытки повторения тех же схем, только с новыми технологиями. США систематически наносят авиаудары по мостам, туннелям и железным дорогам вокруг "Золотых ворот" Ирана - чтобы полностью изолировать порт Бендер-Аббас, через который проходит около половины всей внешней торговли Ирана и более 90 процентов экспорта нефти. Цель - не только прекратить обстрелы танкеров в Ормузском проливе, которые, по данным американской стороны, ведутся из этого района, но и лишить Иран возможности импортировать военные технологии. Результаты уже заметны: порт почти остановлен, город почти изолирован. Тем самым США хотят вынудить Тегеран разблокировать Ормуз. В ответ Иран действует асимметрично и наносит болезненные ответные удары по американским объектам в Кувейте, Бахрейне и Иордании, уничтожая склады боеприпасов, системы ПВО Пэтриот, топливные хранилища и центры связи - то есть те же чувствительные точки, по которым бьют по нему самому. В такой войне на экономическое удушение победа не определяется одним сокрушительным ударом. Это марафон, исход которого зависит от двух взаимосвязанных факторов: способности населения сохранять волю к сопротивлению (и здесь удары с воздуха часто дают обратный эффект, сплачивая людей) и, что гораздо важнее, способности экономики выдерживать длительное истощение. Если инфраструктура разрушена, а импорт перекрыт, даже самый стойкий народ со временем остается без средств к существованию. Поэтому победителем окажется не тот, кто нанес больше бомбовых ударов, а тот, чья экономика и социальная система сумеют продержаться дольше, пока у противника не сломается бюджет и логистика. С. Шилов