28 марта 2022

​​В пункты временного размещения приезжает всё больше беженцев с территории Украины. Почитайте живой рассказ людей, которые уехали от обстрелов, смертей и горя. Евгений и Валентина — супружеская пара из села Циркуны Харьковской области. Муж работал автоинструктором, жена — поваром. У них трое детей. Семью определили в один из пунктов в Липецкой области, наши волонтёры им помогают. — Проснулся я просто от чувства тревоги, — рассказал Евгений. — Уснуть не мог. От нашего дома до границы с Белгородской областью — меньше тридцати километров, а окна выходят на север, в сторону России. В какой-то момент за окном вдруг вспыхнули огни. Я решил, что это салют или петарды какие-то. Ещё подумал: что за безумные люди в 5 утра пускают фейерверки? Вдруг сильный взрыв — и в доме резко пропал свет. Я всё понял. Побежал будить детей — решил вести их в поле, чтобы там прятаться. Пока детей одевал, пока младшего заворачивал в плед, позвонила жена. Она была на дежурстве в Харькове. — Мы услышали громкие взрывы — добавляет Валентина. — Я работаю в районе Харьковского авиационного института. Загромыхало страшно. Мы с напарницей сначала вообще не поняли что происходит. Позвонили руководству, а нам сказали — бегом берите такси и езжайте по домам! Мне повезло, я успела поймать такси. Водитель вообще не понял, что произошло, он ещё спросил у меня в дороге — почему в городе столько машин ночью? Я ему говорю — вы что, не слышали взрывов? Он удивился — нет, не слышал. Слава богу, согласился меня везти, не испугался, хоть мы и ехали в ту сторону, где как раз шли бои. Уже к 6 утра добралась до дома. А кто промешкал, тот уже выехать из Харькова не смог — такси из города уже не ездили, мне чудом удалось выбраться. — Свет как отрубило в первый день в 5 утра, так его больше и не было, — продолжает рассказ Евгений. — Но мы оставались в селе. До последнего надеялись, что всё это на несколько дней, что вот-вот всё закончится. Уже на второй день в селе появились российские военные. Они помогли — принесли воду, притащили ящик вафель. На третий день привезли тушёнку, крупы. В общем, мы не голодали. Но находиться там было нельзя уже. Всё время слышишь — летит в нашу сторону. А куда упадёт? В какой-то момент началось обострение. Обстрелы. Был день, старший сын пошёл поздравить друга с днём рождения. А друг живёт на нашей улице, через три двора. И вдруг мы слышим взрыв — ровно в той стороне, куда сын ушёл. Потом выяснилось, что снаряд упал в тридцати метрах от него. Слава богу, сын не пострадал, осколком не зацепило. Но пока он не пришёл обратно, мы не знали, жив он или мёртв. Вечером 4 марта сидели в подвале. Дети уже начали засыпать, а я всё бегал наверх, подкидывал в печь дрова. В тот день были обстрелы, но к вечеру затихло. Я говорю жене — вроде успокоилось, давай детей поднимем в дом. В сыром подвале сидеть тяжело. И только мы детей отвели наверх, только они уснули у себя в кроватях — со стороны Харькова полетели мины. Прямо в нашу сторону, на наш участок. Мину слышно от начала до конца как она летит. Это было последней каплей. Утром подхожу к военным, говорю — нам надо уезжать, сегодня по нам летело. Они сказали: полчаса на сборы, мы вас сопроводим. Объяснили, как правильно машину обозначить, чтобы её не тронули. И тут снова обстрелы начались. Но делать нечего, надо было собираться. Жена и младшие дети в подвале сидели, а мы со старшим сыном обклеивали машину: табличка «ДЕТИ», белые тряпки, надписи. Похватали какие-то вещи из дома, закинули в багажник и поехали в сторону Белгородской области. Лес, блокпосты, граница. На одном из блокпостов военные нам даже дали бензин. Переночевали мы в гостинице в Белгороде. На следующий день обратились в белгородскую администрацию, оттуда нас сначала распределили в местный пункт размещения, а потом отправили в Липецкую область. Но с того момента, как мы уехали из зоны обстрелов, уже будто в другой реальности оказались. Такое ощущение спокойствия, как перед сном. «Отпустило». ————————— Мы оказываем помощь людям, бежавшим с территории конфликта. Сделать пожертвование: https://www.tinkoff.ru/cf/7W1wFOD8nSK