12 февраля 2026

ПРИ РОЖДЕНИИ его нарекли Сарио, однако известным он стал как Семен ГУДЗЕНКО, талантливый поэт, военкор, бесстрашный боец. Он был первым везде - в учебе, в студенческой жизни, в поэзии, в бою. Из поэтов фронтового поколения его звезда взойдет первой. В первые недели войны явился на стадион «Динамо», где формировалась Отдельная мотострелковая бригада особого назначения - спецназ 1941 года. Отбирали самых крепких, сообразительных, с хорошим знанием немецкого. Два-три месяца ускоренной подготовки - и в тыл врага. В дни обороны Москвы первым номером в пулеметном расчете был Гудзенко, вторым - его однокурсник Юрий Левитанский. Своим восхождением на поэтический Олимп обязан Илье Эренбургу. Как-то утром в дверях комнаты Эренбурга появился высокий грустноглазый юноша в гимнастерке. Ему было только двадцать лет, а за плечами уже серьезный боевой опыт. Эренбург приготовился к очередному испытанию графоманией - кто только не сочиняет стихов о войне… Гудзенко сконфужено улыбнулся, не зная, куда деть длинные руки и и вдруг прочел: Когда на смерть идут — поют, а перед этим можно плакать. Ведь самый страшный час в бою - час ожидания атаки… Позднее Эренбургу скажут, что он открыл поэта. На что Эренбург ответит, что это не он, а Гудзенко многое ему открыл. В январе 1942-го в бою у деревни Хлуднево Калужской обл. из 27 его товарищей погибли 22, а вскоре осколком мины в живот ранит и Гудзенко. Тогда он запишет: «Ходить не могу… Рана - аж видно нутро. Везут на санях… Доехали до Козельска. Там валялся в соломе и вшах» В госпитале встретил свое 20-летие. Из-за ранения его признали годным к нестроевой службе, направили в газету военкором. В конце войны он писал в автобиографии: «Год солдат, восемь месяцев в газете, полгода в Сталинграде в редакции... Снова фронт - Трансильвания, Венгрия, Словакия. Что впереди? Трудно, но я должен довоевать...» Он довоевал. На груди ефрейтора светились ордена «Отечественной войны», «Красной Звезды», медали за Будапешт, Прагу, Вену и редкая - «Партизану Отечественной войны» Был женат на Ларисе Жадовой, дочери боевого генерала, Героя Сов.Союза. Через два года, после рождения дочки Кати, Семен Гудзенко умер, «мы не от старости умрем, от старых ран умрем…» Лариса выйдет замуж за Константина Симонова, у них родится дочь. Дочь Гудзенко Катю Симонов удочерит, она вырастет и станет историком - японистом, зав.кафедрой истории и культуры Японии Института Азии и Африки при МГУ. Жизнь продолжается… Нас не надо жалеть: ведь и мы б никого не жалели. Мы пред нашим комбатом, как пред Господом Богом чисты. На живых порыжели от крови и глины шинели, На могилах у мёртвых расцвели голубые цветы. Расцвели и опали… Проходит четвёртая осень. Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят. Мы не знали любви, не изведали счастья ремёсел, Нам досталась на долю нелёгкая участь солдат. У погодков моих нет ни жён, ни стихов, ни покоя – Только сила и юность. А когда возвратимся с войны, Всё долюбим сполна и напишем, ровесник, такое, Что отцами-солдатами будут гордиться  сыны. Ну, а кто не вернётся? Кому долюбить не придётся? Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражён? Зарыдает ровесница, мать на пороге забьётся, - У погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жён. Это наша судьба, это с ней мы ругались и пели, подымались в атаку и рвали над Бугом мосты. …Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого не жалели, Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты. Семен Петрович ГУДЗЕНКО 5 марта 1922-12 февраля 1953 30 лет На фото: С.Гудзенко и Ю.Левитанский. Венгрия, март 1945 @Лариса Бравицкая