6 июня 2024

Пушкин для меня – одно из главных свидетельств существования Бога. К тому же Пушкин показывает, что Господь любит Россию, и в новейшей истории заранее указал нам все пути. Идите, мол, не запутайтесь. В «Капитанской дочке» и в «Дубровском» (и в «Песнях о Стеньке Разине») всё есть про Пригожина, в «Полтаве» (и в «Клеветниках России») – про украинский конфликт и европейские ценности (и антиценности), в «Евгении Онегине», в «Руслане и Людмиле», в «Повестях Белкина», в «Медном всаднике», в «Маленьких трагедиях» есть про всё остальное. Пушкин – мироздание с беспримерной четкостью линий, его архитектура абсолютна и гармонична. В Пушкине есть стихия освобождения и вольности и есть абсолютное государственное чувство. Людей учат в школе Пушкину, но они до сих пор не могут взять в толк, что эти вещи могут совмещаться. Что можно болеть и за декабристов, и за государя и быть притом абсолютно честным. Нет, вылупят глаза и повторяют, как обухом по голове ударенные: «…Они же мяте-е-е-ежники…» Человеку Пушкиным даны ноты и струны, а он дергает за одну, извлекая всю жизнь однообразный звук. Ну, почитай же Пушкина, ну, возносись над косностью своей! В нескольких шутейных поэмах Пушкина есть описания того, до чего могут довести себя «служители культа» в своем иной раз слишком земном упрямстве, при всём том, что Пушкин – истинно христианский поэт и мыслитель. Пушкин растворен в православии, он светится. В рукописях тридцатилетнего Пушкина читаем: «Не допускать существования Бога – значит быть ещё более глупым, чем те народы, которые думают, что мир покоится на носороге». Пушкин не просто «наше всё». Пушкин за нас. Пушкин за наших. Пушкин – в Бахмуте и далее везде. На фото – он действительно в Бахмуте. Теперь Киев. Пушкину нужен Киев.