5 мая 2023

Ещё раз, для ясности. У меня не повернётся язык осуждать Пригожина за его действия — прямо сейчас гибнут его люди, и он делает всё возможное и невозможное для того, чтобы выгрызть дефицитный ресурс из начальников и уменьшить свои потери. Но я всё же, в том числе и опираясь на информацию из других подразделений, вполне себе кадровых, с которыми мы взаимодействуем, склонен полагать, что проблема дефицита снарядов носит системный характер для всей группировки. И бравые медийные реляции о том, что «заводы работают в три смены», мало чем помогают — быстро в разы нарастить объёмы производства на этих заводах попросту невозможно, даже если смен будет четыре или пять. То, что из всех активностей, связанных с беспилотниками, наша команда в итоге сделала приоритетом задачу повышения точности ствольной артиллерии, связано с ещё осенним анализом положения дел в этой сфере. В первые месяцы СВО стреляли буквально эшелонами — и наступали. Как только снарядов стало меньше — наступления сначала затормозились, потом вовсе сошли на нет, летом «Хаймарсы» начали бить по складам в прифронтовой зоне, а потом пошли «перегруппировки». Стало уже банальностью, но придётся в десятый раз повторить: война эта — в основном артиллерийская. Из 10 лежащих в госпиталях 9 — с осколочными. Все ухищрения, будь то «сбросы», fpv-дроны и т.д. — всё это попытки с обеих сторон скомпенсировать дефициты боевых возможностей артиллерии и её ключевые уязвимости, а также тот самый пресловутый «снарядный голод». Как вы думаете, зачем сейчас «Вагнеру» артиллерийские снаряды? Они штурмуют застройку, в которой противник оборудовал огневые точки. Единственный имеющийся у них вариант сейчас борьбы с этими точками — сносить их буквально вместе с домами. Кроме того, нужно постоянно держать под «огневым контролем» пресловутые пути снабжения — те самые оставшиеся грунтовки. В итоге Пригожин требует 2000 снарядов в день на километр фронта (его слова из интервью Пегову), согласно советским нормативам артиллерийской стрельбы. Но ведь противник сейчас обороняется буквально на пятачке в несколько квадратных километров, он зажат с трёх сторон и виден как на ладони, его не надо искать. Проблема в том, что даже в этой ситуации бить приходится «по площадям». Вывод. По-советски (по площадям) — не можем: нет столько снарядов. На точность — не умеем: не заточена под такое наша сегодняшняя артиллерия, дешёвого и при этом «высокоточного» решения сегодня считай нет (есть «Краснополи», но их мало и дорого, есть «Ланцеты», но их тоже мало и дорого). Можно кого угодно в чём угодно обвинять, но как по мне, это проблема нашего оружия как такового и существующих способов его применения. Нужно учиться воевать по-другому.