23 июля 2023

Лениво медитирую над дискурсом «турбоохранители — рассерженные/задержанные патриоты». В контексте закрытия Стрелкова, спича на Соловьёв.лайф про Кашеварову и т.д. Тезисы. 1. Управление бывает политическим и полицейским. Они всегда есть оба в некоторой пропорции, но слабость или дефицит любого одного приводит к росту второго и общему перевзвесу. В нашем случае деградация политического инструментария неизбежно привела к расширению полицейского. 2. Политический активизм тяготеет к субъектности, полицейский активизм — к агентности (см.мою серию постов про проблему агента и агентирования). При этом тяготеет — это именно гравитация, общий вектор. Если по-простому, полицейский активист как бы говорит: «я хочу получать задания, говорить что велено и идти за гонораром». Политический активист, наоборот, как бы говорит: «я хочу говорить что думаю сам, или что думают мои сторонники, или даже — возможный вариант! — то, за что мне проплатили заказчики». Агент на зарплате в каком-то смысле даже честнее: он не берёт таких заказов от кого попало, у него «одно окно». Общественное пространство, состоящее сплошь из агентов, понятно и упорядочено, в нём нет мути и запаха подкупа. Но нет и жизни. 3. Я вот всё не мог понять, зачем вообще существует Борис Якеменко, эта несколько затянувшаяся шутка эволюции над биологическим видом homo. Теперь понял. Иоанн Предтеча как-то заметил книжникам и фарисеям: «и не думайте говорить в себе: «отец у нас Авраам», ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму» (Мф 3:9). Примерно это же символизирует собой и фигура «брата Васи»: он такое ходячее напоминание, что режым может при желании буквально «из камней сих» наделать себе новых патриотов взамен нынешних, если эти начнут о себе слишком много думать. А смирение — есть величайшая и душеполезнейшая из христианских добродетелей. Вон Ходаковский с Легойдой не дадут соврать. Счастлив ли я по этому поводу? Нет, конечно. Но «наше всё» ещё два века назад объяснило нам, какой субпродукт обычно выдают на замену счастию.