31 августа 2023

Ещё одна большая тема в архитектуре нацпроекта — это сакраментальный вопрос о том, на кого делать ставку — на «гаражные стартапы», чтобы из них выращивать будущих «единорогов», или же на существующие большие компании, затаскивая их в новую для них отрасль. Тут тоже была борьба подходов, отразившаяся в итоговой конфигурации НП; скажу об этом пару слов, поскольку это напрямую касается интересующей меня темы — а именно беспилотия чисто «военного». В военном беспилотии сейчас всё выглядит вот как. В офисе одного нашего крупного военно-промышленного концерна я имел счастье наблюдать специальную комнату, называемую «Уголок военпреда». Там стоят шкафы с документацией, а посредине — стол, на котором гордо возлежит шедевр бюрократической системы: «журнал учёта журналов». Понятно, что для того, чтобы выдержать груз необходимой отчётности по ГОЗ, нужен очень большой и мощный аппарат, целая фабрика по производству бумаг. При этом сам концерн работает так: получив задачу от военных, руководство звонит знакомым «гаражникам»: вот, нужна такая и такая леталка, сможете сделать? Те говорят: ну, сможем. Как-то договариваются между собой, те делают какой-то прототип в цеху на коленке. Дальше задача концерна: утрясти вопрос с военной приёмкой. Даже в их случае, при полной лояльности, это может длиться годами, причём требования военных (тут отдельная песня без слов — это текущее состояние нашей «военной науки», которая отвечает в данном случае за экспертизу) могут быть самыми экзотическими: ну, кряхтят и допиливают. В конце концов девайс официально встаёт на вооружение — как правило, успев к тому моменту уже основательно морально устареть. Но это только начало песни. Дальше вопрос: техника поехала в войска, а кто и как будет учить ей пользоваться? Для этого на всё наше Минобороны есть ровно одно богоспасаемое заведение: 924-й центр беспилотной авиации МО РФ в Коломне. Его создавали бывшие вертолётчики, но внешних операторов БЛА там учат примерно так: несколько месяцев теории, потом несколько часов полётов на полигоне (максимум чему можно научиться там — взлетать и садиться), выдача бумаги с «допуском», а дальше — айда в войска, служивый, там тебя жизнь научит, как всё это добро применять в боевых условиях. Собственно, именно эта зияющая дыра в вопросе подготовки и стала в том числе и для нас предметом работы. Вот уже почти полтора года как мы учим бойцов и офицеров использовать дроны — начинали с коптеров, а сейчас это уже и достаточно большие машины — не только тому, как взлетать и садиться, но и тому, как решать конкретные боевые задачи — от разведки местности до корректировки артиллерии. Учим и сами параллельно учимся, в том числе в военных ВУЗах, да и актуальный боевой опыт тоже осваиваем по мере сил. Возвращаясь к теме нацпроекта, хочу сказать следующее. Чем сложнее техника, тем больше нагрузка на систему подготовки кадров, ремонта, техподдержки и текущего апгрейда под задачи. Это верно и про гражданское применение. И, да, надо сказать, тут тоже правда в том, что «гаражные стартапы» разворачивания такой системы под свою технику просто не потянут. Но, тем не менее, по-настоящему новые и прорывные решения могут родиться только в гаражных стартапах. Как сейчас именно гаражные стартапы вытягивают на себе всю тему военного FPV, благодаря чему мы можем хоть как-то конкурировать с противником, опередившим нас в этом вопросе минимум на год. И это — большой вопрос, как оно будет в нацпроекте. #нацпроектБАС