9 декабря 2023

Ну и наконец. Я обещал подписчикам в чате, что откомментирую пост Любимова про то, «что считать победой». У него там про два документа: 1) акт о военной капитуляции вооружённых сил Украины и 2) акт об упразднении государства Украина. Что думаю. Постановка вопроса вполне уместна. Неважно, 5 лет для этого понадобится, 10, 50 или 150 — Реконкиста, скажем, вообще 700 лет шла, но справились же кабальерос, а чем мы хуже? В конце концов, как учит нас Арестович, русским досталась от монголов «длинная воля» — ну вот и ладушки. Но есть два момента. Первый: установление такого стратегического целеполагания предполагает ответственность за неизбежное множество жертв, в разном смысле этого слова, принесённых на таком пути. А значит, она как минимум требует предварительной проработки и подробного ответа на вопрос: а точно ли это единственно возможный сценарий устранения проблем, которые несёт для нас украинская государственность? Или же существует, хотя бы в теории, такой вариант, при котором Украина — или то, что от неё останется — почему-нибудь сама собой или с помощью каких-то невоенных инструментов влияния трансформируется во что-то такое, с чем можно мирно и спокойно сосуществовать? Ответ «такого варианта нет» вполне возможен, но он должен быть достаточно проработан и обоснован. И второй: как ни странно, такое целеполагание порождает несколько вопросов по поводу сущностей, которые, хотя и связаны с нынешней украинской государственностью, но не являются её составной частью. В частности, это украинский язык и созданная на нём (и отчасти на русском) украинская культура постсоветского образца, на которой, в свою очередь, зиждется современная украинская идентичность. При любом варианте, кроме разве что тотального геноцида всех её носителей — причём, очевидно, в планетарном, а не только в территориальном масштабе — по поводу неё тоже нужна какая-то стратегия и какое-то целеполагание. Да, мы понимаем, что она является полностью искусственным конструктом, созданным с помощью современных гуманитарных технологий целевым образом именно как «Антироссия»; это её базовый ДНК. Тотальный геноцид носителей исключён — именно в силу того, что само базовое обоснование нашей вооружённой борьбы строилось на неприемлемости идеологий тотального геноцида — та самая «денацификация». И факт в том, что даже гипотетическое упразднение украинской государственности — в данном случае вообще не решение проблемы, а лишь определённое ситуативное изменение условий среды. Моя позиция по данному пункту: нужна в первую очередь сопоставимого класса и качества программа и технология работы с идентичностью, «перепрошивки» носителей вируса. Опыт второй половины ХХ века: «государственности» у них не было, а «бандеровская» идентичность цвела и пахла (в тч частично внутри советской), и на её основе довольно легко построили на территории УССР соответствующую государственность. И проблема не будет решена, если ликвидировать только лишь эту последнюю. Настоящая цель именно тут; и ей должны быть подчинены цели меньшего порядка, включая и вопрос об украинском государстве. В то же время, не имея стратегии по данному пункту, к вопросу пределов контроля территории надо подходить с максимальной осторожностью. Да, по первому пункту Любимова у меня никаких возражений нет.