20 декабря 2023

Война и мiр, часть II. (Начало тут) Так вот, про «своими силами». Серийное (даже малосерийное) производство противодронных устройств предполагает формирование рынка сбыта — массового, структурированного и, что очень важно, легального. Причём это важно как для фронта, так и для тыла, хотя механизмы легальности там разные. В случае с фронтом вопрос сводится к принятию устройства на вооружение в Минобороны — и, соответственно, попаданию в Гособоронзаказ. «Штатный» путь для этого — НИР, ОКР, получение «литеры» — занимает годы и требует охулиона затрат без гарантии результата, причём даже когда ты концерн «Калашников», а не кучка мужиков-с-паяльниками. Именно поэтому всё то, что официально на вооружении не стоит, но нужно позарез и вотпрямщас, везут туда волонтёры за народные деньги, по прямому запросу от командиров подразделений (которые всякий раз сильно рискуют, ибо дефициты, как известно, бывают только в армии Лаоса, а у ВС РФ Всё Есть). Главный дефект этой модели применительно к сложной дорогой технике — что её ещё нужно обслуживать, ремонтировать, у неё есть расходники, запчасти и т.д., а силами волонтёров такую систему наладить куда сложнее, чем конвейер закупок-доставок. Плюс вопрос ответственности — кто и от кого по шее получит, если устройство стоимостью в миллионы наши служивые почему-нибудь сломали, потеряли либо поменяли на ящик водки (ну или даже снарядов), коль скоро оно официально ни на каком балансе не числится. Короче, в режиме «навались» ещё туда-сюда, а вдолгую — схема кривая, но другой нет. И это ещё не всё. Применительно к глушилкам-сбивалкам дронов есть ещё такая тема — friendly fire. Поскольку ничего похожего на систему «свой-чужой» у поставляемых на передовую гражданских дронов нет, единственный способ сделать так, чтобы тебя не сбили свои же — перед каждым полётом договариваться со всеми соседями: долго, сложно, риск утечки и вообще ну его к лешему. А РЭБовские глушилки — это ведь ещё и постановщик помех ненаправленного действия. Где гарантия, что врубив у себя «купол», ты не заглушил какой-нибудь важный канал связи, скажем, лётчикам или ракетчикам? А если таки да, и из-за этого что-то сорвалось, что-то упало, кто-то погиб — кому отвечать? Поэтому на месте наших тыловиков я бы вообще смотрел на все эти самопальные глушилки в руках рядовых и ротных-батальонных командиров если не как на классового врага, то как на «неизбежное зло» — кто б спорил, все жить хотят, а камикадзе себе в блиндаж или мину с «бабы-яги» на голову не хотят, но вообще-то, конечно, непорядок и даже бардак. При этом пытаться воспользоваться штатной процедурой с НИРами-ОКРами применительно к дронобойкам — затея гиблая. Темп обновления технологий такой, что решения устаревают за несколько месяцев, а иногда и недель. Глобально, нужна такая процедура, при которой прототип по-быстрому оттестировали на полигоне — убедились в его работоспособности — произвели сразу малой серией — условно приняли на вооружение — отправили в войска — собрали обратную связь по применению — допилили «детские болезни» — делаем дальше и везём, пока не устарело; и на всё про всё от трёх месяцев до полугода… как, кстати, было у Пригожина. Ну вот, сказал слово-раздражитель. Но по факту или так, или как сейчас. А как сейчас — см.заметку Коца.