21 декабря 2023

В чём смысл подмены, которую попытались тогда провернуть — ещё даже не Гегель, а резвившиеся в пору его молодости революционные лягушатники? Антуан Дестют де Траси, королевский мушкетёр у Людовика и сенатор у Наполеона, как раз в огненные якобинские годы, сидя в тюрьме в ожидании гильотины (которой так и не дождался, ибо грянул Термидор) изобрёл слово «идеология». Генерал де Траси рассуждал просто: в основе государства должен обязательно быть текст с изложением всего того, во что люди верят и в чём они друг с другом согласны. Пока верили в Бога, таким текстом была Библия — но раз уж Бога отменили, нужно наново сесть и написать что-то взамен Библии, более соответствующее духу времени… и основанное, ясен пень, на началах Разума. Бывший собутыльник де Траси по салону мадам де Линевилл Б.Франклин (который сто баксов) к тому времени уже составил в Филадельфии Конституцию САСШ; французы тоже было занялись, но у них получилось куда хуже — если американская, не считая поправок, действует по сей день, то у французов уже к моменту опубликования «Начал идеологии» де Траси их успело смениться аж четыре штуки. Короче, никакая Конституция на роль такого текста уже явно не годилась. Надо было что-то другое, что меняется хотя бы не так часто… даже у французов. Ну и, разумеется, там, где легкомысленные французы сказали «идеология», хмурые суровые немцы, конечно же, ответили «философия». Ещё раз. И то и то — на замену «религии», ровно по той же логике, по которой Бог как первоисточник власти монарха заменяется «народом» как первоисточником власти во всех конституциях — от американской до российской. А поскольку, как я уже написал в «черновиках», по правде-то поверить в существование «народа» ещё труднее, чем поверить в существование Бога, то, чтоб мы не сумлевались, приходит герр Гегель и начинает вешать нам на уши всю эту диалектическую лапшу. Продолжение следует