8 июля 2024

Возвращаясь к теме про государствобесие. Борцы с государством не понимают, что для нас государство вообще не фетиш. Что государство это просто инструмент, форма организации общественной жизни, причём, что называется, по Черчиллю: «наихудшая, за исключением всех остальных». Наблюдаем, как эти самые «все остальные» пытаются выступить конкурентами государству в этом качестве и как проваливаются. Но сказать «государство» — это очень общО. Главное — сказать какое государство, как оно устроено внутри и как работает. Здесь гигантское разнообразие форм и вариантов, а если немного раскрепостить институциональное творчество, уйти от шаблонов, что вот так хорошо, а вот так плохо — от Аристотеля с его членением — начинаешь понимать, что строить государство можно очень по-всякому. В дискуссии с Арестовичем (экстремист и т.п.) я настаивал, что вот у вас есть «проекты», целых два, один из которых пятый, а у нас зато есть государство, и он потом после ещё долго кипятился с «государствобесием». И вот тут я, воспользовавшись этой темой, может быть, с полемическим перехлёстом выдвинул тезис про «народ-анархист». Почему с перехлёстом? Дело в том, что сам я в линейке анархист-государственник не очень-то мыслю. Чуть по-другому. Русская трудовая этика, подсечно-огневое земледелие, ключевой принцип — это принцип экономии энергии. Если без чего-то можно обойтись, то и ну его нахрен сразу. Мы ушли на север из тех мест, где тепло, чтобы ни с кем не воевать, и предпочли осваивать жизнь в более суровом климате, чем «цивилизованный мир». Народы шли с востока на запад, а мы чуть ли не единственный, кто пошёл с запада на северо-восток. Нет никакого избытка энергии для продуцирования институциональных форм, поэтому институциональность должна быть минимальной и минималистской — по модели «ну хрен с ним, если уж без этого нельзя обойтись, то пусть оно будет». Но а можно всё-таки как-нибудь попроще, подешевле, без рюшечек, по Хрущёву «без архитектурных излишеств»? И поскольку глаз не намётан отличать рюшечки от важного конструктива, то и то и другое нередко просто сносится за ненадобностью. Вот с партийной системой так произошло: «единая», блин, Россия (название-просьба: а можно мы вообще не будем делиться на партии?) Тезис глубинного народа про то, что вся эта многопартийность и шоу, где клоуны друг друга соком поливают в эфире — оно зачем? Дайте одного главного, который всё решит. Потребность продиктована тем, что для нас существование в режиме чрезвычайных обстоятельств является скорее нормой, чем исключением. Ну и, соответственно, наша ахиллесова пята — крайняя подозрительность к любому творчеству в этом вопросе. «Оно мне надо?» И пусть даже мы перестали как нация существовать в режиме борьбы за жизнь, нашего климатического проклятья, но мыслим как если бы не.