13 июля 2024

Вот характерный пост, который хочется откомментировать. Тут тема, о которой я как-то писал много лет назад — про принципиальную разницу между полноценной оппозицией и протестным движем, даже сколь угодно организованным. Оппозиция — это про то, как готовиться брать власть и потом управлять. Протестный движ — это про то, как «шатать режим», без особой рефлексии на тему того, что делать после того, как он будет окончательно ушатан. У отечественного протестного движа в этом пункте программы было что-то вроде «а потом организация честных выборов и бла-бла», но ведь выборы это тоже всего лишь процедура. Успешные цветные революции, тем не менее, дают подсказку про то, «что потом»: а потом — внешнее управление с франшизными моделями и франшизным же «консалтингом». Понятно, что оппозиция, которая вообще не ищет способа борьбы за власть — это картонная, декоративная оппозиция, и рано или поздно она вырождается — в первую очередь из-за отсутствия притока амбициозных кадров ввиду отсутствия каких-либо перспектив. Но также верно и то, что протестный движ, который не в состоянии всерьёз ставить вопросы и подвопросы на тему «а что делать после победы», также вырождается либо в деструктивную силу, либо в инструмент внешнего влияния по модели см.выше. Есть ещё одно интересное понятие: альтернатива. Это проект или организация вокруг проекта, которые могут возникать вполне себе в недрах существующего «социума власти» (хотя не обязательно там), основанный на каком-то ином подходе к решению той или иной госзадачи или набора госзадач, чем тот, который исповедует и практикует (что не одно и то же, но сейчас неважно) бюрократический мейнстрим. Альтернатива совершенно не обязательно развивается в оппозицию, может быть наоборот выбрана стратегия удержаться в общесистемном дискурсивном поле, это вопрос тактики. Но ключевая слабость всех известных мне альтернатив — отсутствие структурированного ответа на главный вопрос: кадровый: кто это будет делать. Оппозиция же — это не только концептуальная программа, но ещё и работающая кадровая машина. Наша система по данному вопросу устроена примерно так. Она вообще не видит пользы и ценности в существовании оппозиции, кроме как сугубо декоративной по принципу «шоб было», ну и без каких-либо перспектив, понятное дело. Зато очень даже видит пользу в наличии организованного протестного движа — во-первых это позволяет недовольству всегда быть на виду, массируя «болевые рецепторы» и заставляя реагировать там, где оно растёт сильнее «фонового» уровня. А вот альтернативы у нас возможны, правда, их судьба — лежать на полке в режиме игнора, иногда десятилетиями — чтобы вдруг быть достанными и пущенными в ход в самый неожиданный момент. Причина тривиальна: острейший кадровый голод. Как только в протестной зоне — неважно даже, системной или несистемной — появляется кто-то с ненулевым потенциалом и при этом не безумец и не агент, он рекрутируется в систему (примеры известны и многочисленны). Даже покойного Навального система лет десять пыталась приручить и интегрировать, апофеоз — собянинские выборы 2013-го. Но даже и после этого он был инструментализован и активно использовался системой для разных тактических задач в своём актуальном качестве горлана-главаря. Списали его лишь тогда, когда он оказался окончательно агентирован снаружи и превратился в фактор внешнего воздействия.