22 февраля 2026

Моя личная история отношений с едой такова. Оба моих родителя прошли через очень голодное детство. Отец, 1934 г.р., в рабочей семье в Москве, вырос в ситуации, когда на еде жёстко экономили, потому что жили на заводскую зарплату бабушки (его отчим сидел, младший брат тоже). Он рассказывал, что его подростковые мечты — это такой шкаф, где на полках лежит еда, и её можно брать, не спрашивая у старших, можно ли и сколько. Мама, 1949 г.р., из курской деревни, родилась в год, когда умерла её двухлетняя сестра — недокормили, подхватила инфекцию, не выходили. Её отец — инвалид войны, мать — санитарка в железнодорожной больнице, еда в основном с огорода, а в тот год был неурожай. Потом, конечно, было полегче, но крошки хлеба со стола и меня учили сметать в горсть и доедать. К слову сказать, когда меня исследовали эндокринологи, взяв кучу самых разных анализов, тётенька-врач недоуменно спросила — а были ли среди предков те, кто пережил голод? Я сказал: вообще-то все, и не единожды. После чего она указала мне по анализам на своеобразный сбой в липидном обмене — если вкратце, "механизм насыщения" как таковой заблокирован: я способен съесть ровно столько, сколько дадут, пока есть физически место в желудке, и никогда в мозг не поступает сигнал, что вообще-то уже хватит. Это святая правда. И это то, почему без регулярного спорта и большой физической активности я должен либо всегда жёстко нормировать потребление еды (любой), либо обречён расплываться в пельмень. И это вообще почти никак не починить. Но можно менять рацион, запрещая себе то, то и это. В этом месте я, конечно, покривился. Вот же ж, извиняюсь, блин. Дело в том, что родители мои из своего голодного детства сделали прямо противоположные выводы. Отец, став инженером и начав получать пусть небольшую, но вполне пристойную советскую зарплату, тратил её на еду примерно всю — он был по этой части гурман и гедонист. Мама же, приехав в Москву, пала жертвой ещё тех, образца 80-х, народных гуру правильного питания, поэтому в моём детстве в 80-х была непрерывная серия экспериментов — лечебное голодание по Брэгу, раздельное питание по Шелтону, диета по Дерябину и прочая "аюрведа"; а после 1989-го началась жизнь со всеми постами и постными днями по монастырскому уставу. Папа выл, ныл, но смирился, ибо был эталонным советским подкаблучником. Я же, унаследовав бунтарство вовсе не от него, а от неё, сделал для себя следующий вывод: еда бывает двух типов — "вкусная" и "полезная". И, когда я вырасту и стану покупать себе еду сам, есть буду только первую, а вторая будет запрещена как разновидность садизма и насилия над личностью. В глубине души я и сейчас так думаю. Спорта всякого у меня в жизни всегда было много, и неизбежно возникавшие при таком подходе проблемы с лишним весом я старался купировать именно им. Но, блин, природу не обманешь — в вопросах веса движение это от силы 20%, а еда — 80%. Поэтому выбор был такой: либо час-полтора ежедневных тренировок, либо иди покупай XXL, потому что XL уже не налезает. За свои почти 48 лет жизни я раз пять "гулял" туда-сюда по 25-30 кг, и сейчас у меня в гардеробе аж шесть разных размеров — на разные актуальные "версии" организма. Кстати, что заметил. В "худой" ипостаси у меня радикально портится характер — становлюсь злым, агрессивным и общественно опасным. В "толстой" — наоборот: всех люблю и доволен жизнью. Но вторая куда опаснее для здоровья, поэтому периодически приходится менять габитус. Я это неплохо умею, но любую "диетную" систему готов терпеть исключительно как временную — потому что см.выше. И любых советчиков, что по жизни есть, а что нет, воспринимаю по умолчанию как классовых врагов. В целом же, думаю, наша православная система с четырьмя постами и двумя постными днями в неделе — это мудрее, чем перманентный запрет на определённые виды еды. Тут принцип в том, что есть можно всё, но не всегда. И, пожалуй, в конечном счёте рано или поздно таки вернусь к истокам, найдя баланс между ультимативным гедонистическим дао Клуба мужчин-бездельников и строгой аскезой "себя ради юродивых" инстаняш. Ну и размером L как оптимум.