14 августа 2023

Философ, офицер Народной Милиции ДНР Андрей Коробов-Латынцев (@korobov_latyncev) специально для «Консерватора»: Либерализм в России, кажется, настолько себя дискредитировал своими политическими и этическими практиками, что в любом разговоре о российских либералах будут приведены слова Фёдора Достоевского о том, что русский либерал — это прежде всего лакей. А после манифеста Александра Дугина «Великое пробуждение», в котором философ показал истоки либерализма и его предельное проявление в XXI веке как проекта пост- и античеловеческого будущего, на либерализме как практической философии вовсе можно ставить крест. Действительно, едва ли в современной России найдëтся такая идеология, которая пользовалась бы бóльшим недоверием, чем либеральная. Это вполне справедливо, если учитывать, сколько лжи и ненависти в российское общество было привнесено либеральной пропагандой. И всё-таки, несмотря на дискредитировавшие себя политические практики либерализма, на его нравственные пороки и на его философские истоки, приводящие в итоге к отрицанию человека как такового, для многих ещё слово «либерализм» звучит положительно. Для таких людей, пожалуй, будет полезно прочитать работу русского философа Бориса Чичерина «Различные виды либерализма». Чичерин делит либерализм на три вида: уличный, оппозиционный и охранительный. Уличный либерализм — это низшая ступень либерализма. Его отличительная черта состоит в том, что он «всех своих противников считает подлецами» и неразборчив на средства. Такой либерализм не мыслит, здесь «всё вертится на личных выходках, на ругательствах; употребляются в дело бессовестные толкования, ядовитые намёки, ложь и клевета. Тут стараются не доказать, а отделать, уязвить и оплевать». Какая точная характеристика наших либералов! А вот ещё одна, будто бы Чичерин именно про наших современных либералов говорит: либеральный настрой проявляется, как он пишет, «в виде презрительной иронии и ядовитой усмешки, которые показывают, что критик стоит где-то далеко впереди, бесконечно выше окружающего мира». Для всякого, кто сталкивался с отечественной либеральной журналистикой (и даже просто бытовой либеральной критикой), эти характеристики более чем узнаваемы! Далее Чичерин выделяет оппозиционный либерализм, который понимает свободу с чисто отрицательной стороны: «отменить, разрешить, уничтожить — вот вся его система. Дальше он не идёт, да и не имеет надобности идти. Ему верхом благополучия представляется освобождение от всяких законов». Такой либерализм мы также знаем в современности. И учитывая всю страсть такого либерализма к разрушению, весьма смешно звучат заявления современных российских либеральных деятелей в духе рэпера-иноагента Оксимирона «А мы пересоберëм». Такой либерализм «довольствуется весьма немногосложным боевым снарядом», говорит Чичерин. И действительно, либеральные тезисы весьма примитивны, их легко усвоить и воспроизводить, однако не стоит пытаться при их помощи объяснить реальность: здесь они перестают работать. Они скорее заклинают, нежели объясняют действительность. У оппозиционных либералов, пишет Чичерин, есть страсть «собирать вокруг себя недовольных всех сортов и с ними отводить душу в невинном свирепении, в особенности же протестовать, протестовать при малейшем поводе и даже без всякого повода». И эту черту также прекрасно иллюстрируют современные «либеральные оппозиционеры», которые готовы протестовать даже против медленной доставки еды в Израиле, лишь бы только протестовать… Третий вид либерализма по Чичерину — охранительный. Его философ характеризует тезисом «Власть и свобода так же нераздельны, как нераздельны свобода и нравственный закон». Охранительный либерализм понимает свободу не отрицательно, как свободу от, но положительно, как свободу в, свободу для. Такой «либерализм» преодолевает отрицательное отношение к правительству («признак детства политической мысли», как отмечает Чичерин) и служит общему делу, служит закону, государству и его народу, от которого он себя не отделяет. Подписывайтесь на канал «Консерватор»