8 ноября 2023

Философ Никита Сюндюков (@hungryphil) специально для «Консерватора»: Есть такое верное духовное правило: там, где злые языки соревнуются в степенях едкости, вероятнее всего, прозвучала истина.  Полагаю, этим правилом и следует объяснить умножение ядовитых комментариев в адрес предстоятеля нашей Церкви. Всё твёрже и твёрже патриарх Кирилл выступает со словом правды, бросая вызов современности. Вдумаемся, что же значит расхожая формула «русский — значит православный», которую вменяют патриарху (спойлер: говорил он нечто прямо противоположное)? Православие здесь как бы прилепляется к «русскости», становится её атрибутом наряду с прочими культурными стереотипами. Русский — значит по умолчанию православный монархист с широкой душой и бутылкой водки в руках. Короче говоря, клюква, схватывающая лишь внешнее, совершенно игнорируя внутреннее. Православие здесь — что-то вроде этнического костюма, который достают из пыльного дедовского шкафа, чтобы покрасоваться в нём перед зеркалом и запихнуть обратно. К сожалению, подобное «культурное православие» действительно распространено среди части наших соотечественников. Ещё бы: русские были лишены своей идентичности почти весь XX век, и немудрено, что для её восстановления требуется время. Но оно пришло — время зрелости. Сегодня мы не можем только примерять православие, как примеряют на праздники кокошник, — оно должно стать самой нашей сутью. Об этом и напоминает патриарх. Прочтём его слова полностью: «Очень важно, мои дорогие, чтобы понимание своей принадлежности к русскому народу сопровождалось сегодня глубокой православной верой. А те, кто говорит: «Мы русские!» — а в храм не ходит? Задайте себе вопрос: а вы наследники своих отцов, дедов, бабушек, прадедов и пращуров, которые с верой связывали свою жизнь?» Важен контекст. Патриарх прекрасно понимает, в какое время мы живём. Люди склонны обращаться к вере, пройдя через череду скорбей, — именно это и происходит сегодня с русским народом. И точно так же, как на фронте, в окопах не бывает атеистов, не должно их быть и в тылу. Ведь Богу, помимо воинской молитвы, угодна и молитва всего народа о своём воинстве. Которая, кстати сказать, в обязательном порядке читается в русских церквях во время каждой литургии. Итак, сложные времена пробуждают веру. Но вера эта не может быть просто абстрактной верой в неопределённого Бога. Если мы понимаем веру как начало, скрепляющее наш народ воедино, не только ныне живущий, но весь русский народ, живший во все времена, то вера эта должна быть именно такой, какой её исповедовали наши отцы, деды, бабушки, прадеды и пращуры. То есть православная вера, неотделимая от образа Церкви. Именно поэтому уже недостаточно бить в себя грудь, гордо заявляя: «Русский — значит православный!» Сегодня мы должны наконец подтвердить свои слова делом: прийти на воскресную службу и вместе со всеми собравшимися помолиться за наше воинство. Безусловно, важна наша материальная помощь — сборы и гуманитарка. Но не менее важна помощь духовная. Когда Христос приходит в Гефсиманский сад, Он, предчувствуя близящиеся муки, испытывает страшную душевную скорбь и просит Своих друзей побыть рядом. Однако стоит Христу немного отойти, чтобы произнести молитву, — апостолы тотчас впадают в сон, пропуская важнейший момент в жизни своего Учителя. Нравственный смысл этого эпизода доносит до нас патриарх: «Сегодня время, которое нельзя проспать; события, мимо которых нельзя пройти, не сделав для себя самые важные духовные, мировоззренческие выводы». Не проспим же. Мнение автора может не совпадать с позицией редакции. Подписывайтесь на канал «Консерватор»