8 сентября 2021

Хочу напомнить, что Зиничев работал минстром ЧС последние несколько лет, а до этого всю свою жизнь прослужил совсем в другом ведомстве и совсем в других погонах. Много лет он был одним из самого что ни на есть 'ближайшего окружения' Начальника, сопровождая его ежедневно. Я как раз тогда была с ним знакома. И он для меня был типичным представителем вот этого сорта силовиков - совсем из другого теста людей, отдельной такой обоймы - именно обоймы - нашего общества. Четкие, молчаливые, молчаливо бесстрашные, немногословно глубокие, молниеносно решительные, понимающие полутона, но не принимающие их в вопросах государственного благополучия и безопасности, они безусловно и ежеминутно готовы отдать жизнь - за Родину, за дело, которое им поручено, за малознакомого оператора, поскользнувшегося на скале. Коллективный обитатель как отечественных, так и небратских фейсбуков не смог бы даже поговорить с человеком из этой обоймы. Потому что языка такого не знает. И погиб Зиничев как в назидание всей той швали, которая уже начала свой гопак на его костях. Его смерть как будто говорит им: 'Смотрите, негодники, как на самом деле устроен мир. Какие в нем есть люди. Какие в нем министры. Какое в нем 'ближайшее окружение'. Какие в нем силовики'. Но и смерть говорит с ними зря. Языка-то они не знают. За мужество, за героизм как образ жизни, за беззаветность, за служение как единственно возможный выбор, за то, что был одним из многих, и это множество было и есть такое же, как он один - вечная память.