19 августа 2026

В лавку вернулся один из самых легендарных её лотов - подборка первых изданий романов Дмитрия Балашова, выпущенных в 1970-90-е годы петрозаводским издательством «Карелия». Именно это издательство первыми начало выпускать романы Балашова и лишь позднее эстафету подхватили столичные издательства, включая «Роман-газету». Для первых пяти книг серии характерно недорогое, но уютное «ламповое» художественное оформление, которое могли себе позволить советские госиздательства. В комплект входят романы Дмитрия Балашова: "Младший сын" (1977), "Великий стол" (1980), "Бремя власти" (1982), "Симеон Гордый" (1984), "Ветер времени" (1988), "Отречение" (1990), «Святая Русь» (однотомный вариант кончающийся Куликовской битвой). В подборке отсутствуют романы, «Воля и власть» и незаконченный роман «Юрий». Для оценки фигуры Дмитрия Балашова важно осознать тот факт, что на пять лет раньше Джорджа Мартина он начал выпускать историко-военно-политический эпос с невероятной плотностью, напряженностью и остросюжетностью повествования. Но, в отличие от Мартина это не фэнтези – Балашов описывает реальный ход исторических событий, он проработал множество исторических источников и если не всегда строго следует им, то всегда их знает. Излюбленный прием Балашова – взять реально мимоходом упоминаемого исторического персонажа, о котором мы не знаем ничего кроме имени, и создать из него цельного яркого человека. Например, так поступил он с боярином Андрея Городецкого, Семеном Тонильевичем, которого превратил в настоящего идеолога «ордынства» и «евразийства». Вопреки закрепившейся за Балашовым репутации последователя Льва Гумилева, на деле писатель лишь в малой степени разделяет номадофилию последнего. Напротив, он ярко и жизненно показывает страдания Руси под гнетом Орды. Описанная в его цикле жизнь Руси – это борьба за собирание и освобождение, за национальное возрождение. Показывая и жизнь Степи, и жизнь Византии Балашов остается, прежде всего, яростным русоцентристом. Именно русское начало для него - на первом месте. Его герои вносят свой вклад именно в становление русского национального государства. И нельзя не сожалеть о том, что страшная и загадочная трагедия 2000 года прервала работу писателя над циклом его романов. Балашов сотворил настоящее литературное чудо – 150 лет решающих для становления единой Руси и, при этом, очень мало известных большинству читающей публики, проходят перед твоим взором так, точно ты посмотрел фильм или сериал. Ты различаешь героев, начинаешь чувствовать русское пространство, в частности его великую волго-окскую ось. Даже если писатель пристрастен (роман «Святая Русь», посвященный Куликовской битве, сильно испорчен негативным отношением к Дмитрию Донскому, перекочевавшим из либерально-интеллигентской литературы), то жизненность героев, выпуклость их судеб имеют решающее значение. Книги Балашова можно читать много лет, даже много десятилетий. И приятно, когда это можно делать, раскрывая те самые первые издания, с которыми некогда знакомились их первые читатели. Комплект сопровождается статьей Егора Холмогорова о Дмитрии Балашове, работами Егора Холмогорова о Возвышении Москвы и о Дмитрии Донском, письмом, а также открыткой и закладкой Книжной Лавки Холмогорова. Озон