27 августа 2026

Ленин сам опровергает популярную теперь версию, что максимальные уступки националистам были вызваны необходимостью укрепить власть большевиков. Он прямо и недвусмысленно пишет, что это нужно для мировой революции. См. диктовку "К вопросу о национальностях или об «автономизации»" (30-31 декабря 1922 г.): "Надо иметь в виду, что дробление наркоматов и несогласованность между их работой в отношении Москвы и других центров может быть парализовано достаточно партийным авторитетом, если он будет применяться со сколько-нибудь достаточной осмотрительностью и беспристрастностью; вред, который может проистечь для нашего государства от отсутствия объединённых аппаратов национальных с аппаратом русским, неизмеримо меньше, бесконечно меньше, чем тот вред, который проистечет не только для нас, но и для всего Интернационала, для сотен миллионов народов Азии, которой предстоит выступить на исторической авансцене в ближайшем будущем, вслед за нами. Было бы непростительным оппортунизмом, если бы мы накануне этого выступления Востока и в начале его пробуждения подрывали свой авторитет среди него малейшей хотя бы грубостью и несправедливостью по отношению к нашим собственным инородцам. Одно дело необходимость сплочения против империалистов Запада, защищающих капиталистический мир. Тут не может быть сомнений, и мне излишне говорить о том, что я безусловно одобряю эти меры. Другое дело, когда мы сами попадаем, хотя бы даже в мелочах, в империалистские отношения к угнетаемым народностям, подрывая этим совершенно всю свою принципиальную искренность, всю свою принципиальную защиту борьбы с империализмом. А завтрашний день во всемирной истории будет именно таким днём, когда окончательно проснутся пробуждённые угнетённые империализмом народы и когда начнётся решительный долгий и тяжёлый бой за их освобождение." ---- Тезис о могучей силе националистов, перед которой большевики были вынуждены прогнуться, легко опровергается одним простым примером. Националистов в УССР было настолько мало, что остро не хватало кадров для проведения украинизации (некому было преподавать украинский язык, развивать культурные проекты и т.п.). Пришлось специально пригласить из Галиции Грушевского и с ним пятьдесят тысяч  украинских националистов. Да, политика коренизации действительно давала возможность привлечь на свою сторону часть нац. активистов, но ведь при этом приходилось преодолевать сопротивление значительной массы русских и русскоязычных, которым эта коренизация была не просто не нужна, а создавала реальные проблемы. Но руководство продавливало этот курс вопреки сопротивлению и партаппарата, и населения. Спрашивается - зачем? Чтобы сделать приятное националистам? Если власть так считалась с настроениями населения и его запросами, то почему же не было таких же уступок национальным чувствам русского населения? Почему пошли на конфликт с крестьянским населением Поволжья, Черноземья, Кубани, Сибири? Почему пошли на конфликт с городским населением Украины (более пролетарским, более образованным), в т.ч. со сплошь русскоязычным партаппаратом? Разве не подрывало это лояльность именно той части населения, на которую власть и опиралась? Есть возражение, что хотя города Украины были преимущественно русскоязычными, но село-то было украиноязычным, а крестьян было большинство. Но даже если принять это за непреложный факт (хотя откуда бы взялась подавляющая украиноязычность Слобожанщины и Новороссии в 20-х годах, если её нет и спустя век?). всё равно остаётся вопрос: почему же большевики так внимательно учитывали именно эту реальность, но не считались с другой реальностью? И не просто не считались, а ломали её через колено, вплоть до расстрелов. Другое дело, что не всё задуманное у них получалось. Но расчленение России получилось, и спустя век привело к кровопролитной войне.