29 июля 2025

Интересный анекдот. Существует в представленной выше немецкой версии. А есть еще русская версия, где точно такой же диалог происходит между Николаем II и начальником русского Главного штаба генералом Алексеевым. В немецкой версии, правда, не Мольтке-младший. Обострение румынского вопроса относится к 1916 году, там уже либо Фалькенхайм, либо Гинденбург. И не 10 дивизий, конечно. На момент вступления Румынии в войну у нее было 23 дивизии, а в итоге на Румынском фронте с обеих сторон по миллиону человек сражалось. Любопытно, что и для российской и для немецкой версии – это неправда. Центральные державы в 1916 году уже были близки к критической ситуации. Формирование еще 50, 20 или даже 10 новых дивизий для затыкания Румынского фронта ставило на грань выживания. Плюс мирная Румыния снабжала Германию нефтью, через нее шел транзит в Болгарию и Турцию. Превращение страны в поле боя нарушало устоявшуюся логистику. Для России вступление Румынии в войну тоже ухудшало ситуацию. Румыны условием примыкания к Антанте ставили независимость военного командования от России, плюс требовали снабжения продовольствием, а также намекали, что готовы принять от России в дар их законную родную Бессарабию. А вот для Франции и Великобритании Румыния в качестве союзника, что котику сметанка: это усложняло жизнь и Центральным державам, и России – двойной бонус. Плюс срывало планы России по высадке в Константинополе. Как раз летом 1916 года шла активная фаза подготовки. Французские и британские эмиссары убедили руководство Румынии, что после Брусиловского прорыва Австро-Венгрия на пороге краха, и война для румын будет легким добиванием габсбургского полутрупа. В итоге России пришлось затыкать Румынский фронт войсками, предназначенными для Босфорской десантной операции, кормить за свой счет остатки румынской армии.