27 июля 2026

115 лет назад, 27(14) июля 1911 года, родился советский разведчик Николай Кузнецов. В годы Великой Отечественной войны он лично ликвидировал 11 высокопоставленных нацистских чиновников и генералов. Врач партизанского отряда «Победители» Альберт Цессарский впоследствии вспоминал Летом сорок третьего мы перешли к активным действиям против оккупантов. Кузнецов бросил гранату в гитлеровского палача генерала Даргеля, рикошетом осколок гранаты ранил и Николая Ивановича в руку. В лагере при осмотре я установил: осколок лежит острым краем на сосудисто-нервном пучке, в любой момент может произойти непоправимое. Достаю новокаин, шприц. Кузнецов смотрит на меня прищурившись. — Доктор, обезболивать не надо. — Ведь это очень больно, разрез чуть ли не до кости. — Тянуть нельзя, режу так. Нервничаю, тороплюсь. Он смотрит на свою рану, молчит. Наконец осколок удален, наложена повязка. Спрашиваю с раздражением: — Ну зачем это вам понадобилось? Отвечает бесстрастно: — Человек делает свой характер сам. Хотел себя испытать... Он окончил лесной техникум и работал лесоустроителем в Кудымкаре. Казалось, жизнь определилась навсегда. И вдруг... Гербарий, который он с такой любовью собирал в талицком лесу, который возил с собой, как частицу родины, он оставляет музею Кудымкара и уезжает в Свердловск, на Уралмашзавод. ...С начала войны Николай Кузнецов пишет несколько заявлений с просьбой послать его на фронт. 25 августа 1942 года он прибыл в партизанский лес, чтобы превратиться в обер-лейтенанта Пауля Зиберта. Вот какой была его легенда. Он уроженец Восточной Пруссии — обычный пехотный офицер. После ранения служит в интендантстве и время от времени приезжает в Ровно по снабженческим делам — ведь этот городок стал гитлеровской столицей оккупированной Украины, здесь высшая гитлеровская администрация во главе с самим гауляйтером Эрихом Кохом… Что-то размягченное было в его лице, в опущенных плечах, что позволило мне задать ему вопрос: — Вы счастливы? Вы достигли признания. Тонкая улыбка скользнула по его лицу: — Очевидно, вы думаете, что мной движет профессиональное самолюбие... Нет, доктор, разведка — не профессия, а тяжелая необходимость. Какое уж тут честолюбие! — Вам не нравится работа разведчика?! — Я был поражен. — Жить в чужой шкуре! Улыбаться врагам! Подавлять в себе каждое живое чувство! Что тут может нравиться?.. Война — не человеческое дело, и разведка в том числе — она терзает душу! Он ткнул себя в грудь, кажется, хотел еще что-то добавить. Но тут кто-то крикнул: «Доктор, к командиру!» И Кузнецов, неожиданно рассмеявшись, сказал: — А все же кое-что полезное мы все тут сделали! А? И этого никто у нас не отнимет, даже смерть!.. «Комсомольская правда», 23 июля 1986 года Больше интересных газет на канале «Ведомости Московского государства»