21 апреля 2024

Раз пошёл серьёзный разговор, придётся напомнить и о том, чем отличается этнос от нации. Сильно разжёвывать не вижу необходимости, поэтому постараюсь максимально коротко и лаконично, закончив небольшим манифестом: Этнос — традиционная этно-культурная общность, которая формируется по родовому признаку и совсем необязательно осознаётся членами общности. Формируется стихийно, природно-исторически, биологически. Совсем грубыми словами, этнос — это кровь и почва. Существуют этнические националисты — их называют примордиалистами. Из этносов вырастают народы, из народов — нации. Нация — современная культурно-политическая общность, обычно образованная вокруг того или иного этноса и народа. Нация имеет этническое ядро, но принципиально является надэтнической общностью людей, обладающих национальным самосознанием, то есть осознающих себя как единую группу с общими интересами. И это только звучит как что-то базовое, на самом деле многие крестьяне в начале 20 века всё ещё определяли себя как «тутошние», а некоторые жители Донбасса, сейчас считающие себя русскими, в 2014 году ещё определяли себя как «донбасяне». Нации стали формироваться в 18-19 веке, это продукт Нового времени и индустриального общества. Нация, в отличие от этноса или народов — хорошо консолидированная общность индивидуумов, имеющая единую систему образования, национальные СМИ, государственность и сувернитет. Нация — это прикладная форма самоорганизации, необходимая для защиты прав, свобод и интересов участников общности. Люди, осознающие ценность нации и важность нациестроительства — националисты. Политические националисты относятся к школе конструктивистов. К этой же школе принадлежу и я. Что же касается русской политической нации — вопрос её формирования академически дискуссионный (кстати, на эту тему я защищал курсовую в бытность студентом философско-теологического факультета, кому интересно, почитайте, читается легко). На мой взгляд, имперский русский национальный проект не был до конца окончен (как и советский), успев породить лишь малую нацию, и русское национальное строительство перекочевало в 21 век. В неоконченной стадии находится формирование русской политической нации и сейчас, и для его завершения не хватает малого — национального государства. На Донбассе, как русском фронтире, сейчас куются последние штрихи русского будущего — и только нам с вами решать, какое оно будет. Фронтир меняет всё — в том числе саму суть государства. Я верю, что национальный поворот возможен, поэтому поднимаю эти темы именно сейчас — чтобы мы, пока ещё не поздно, не упустили большой русский шанс на настоящее возрождение.