30 июля 2018

Маргарита Симоновна, а я вот всегда готова сказать доброе слово про тех силовиков, которые делают свою работу хорошо. Это важно. Проблема в том, что, есть случаи заканчивается работа и представления о том, как ее делать, а делать можно действительно по-разному, может начинаться садизм. Мы же не говорим о том, что мрази в ярославской ИК-1 делали свою работу, когда пытали заключенного? Мы говорим: «садисты». И поэтому я говорю, что, когда 17 и 19-летних девочек сажают в российское СИЗО за чат в Телеграме и одну встречу в Макдональдсе, где внедренный сотрудник сам придумал организацию и посоветовал в нее вступить, причем даже не обсуждалось конкретных планов и не было сказано ничего, что не обсуждалось бы и взрослыми людьми на кухнях. Когда 17-летняя девочка, ничего не совершившая в плане действий плачет и зовет маму и умоляет судьб отпустить ее под домашний арест. Когда у девочки идет воспаление, из-за которого она может не иметь потом детей. А следователь, судья и прокурор брезгливо морщатся и избирают ей самую жесткую меру пресечения без всяких на то оснований, кроме внутреннего садизма... Я буду называть вещи своими именами. Звери и палачи. А вот того следователя или прокурора, ту судью, которая отпустит девочек, будет справедливо поблагодарить и назвать Людьми. Людьми быть просто. Мучить людей не надо. Сегодня следаватель или прокуратура уже могли сами обжаловать арест. Но они с утра сознательно сделали выбор: продолжаем пытать подростков. «Работой» это не называется. И общество должно дать им понять, что не признает их действия «работой». Ну разве что «работой по разрушению конституционного строя». https://t.me/margaritasimonyan/1200