13 января 2026

Мне как маме двоих детей и как председателю ВОД «Матери России» Москвы тяжело читать новости о том, что в первые дни нового года в родильном доме Новокузнецка за короткий промежуток времени погибли новорождённые. Ожидание ребёнка — это не про медицинскую услугу в обычном смысле, а про доверие, когда женщина заранее соглашается на то, что в самый уязвимый момент её жизни решения будут принимать другие люди и система в целом, поэтому родильный дом в этой конструкции перестаёт быть просто учреждением и становится местом, где не должно быть пространства для формализма, кадровых компромиссов и объяснений задним числом, особенно когда речь идёт о рождении ребёнка, которое всегда меняет жизнь женщины целиком. Если смотреть на ситуацию без эмоций, то несколько смертей новорождённых за короткий период времени — это сигнал, который обязан запускать серьёзный разговор о системных рисках, будь то кадровый дефицит, эпидемиологическая нагрузка, организационные сбои или их сочетание, потому что цена ошибки в таких условиях становится недопустимо высокой. Я полностью согласна с позицией Инны Святенко, которая справедливо говорит о том, что родильный дом — это место, куда женщина приходит с надеждой и доверием, рассчитывая на профессионализм и поддержку в один из самых ответственных периодов своей жизни, и этот стандарт не может зависеть от обстоятельств и внешних факторов. Произошедшее в Кемеровской области требует детального и честного анализа не только в рамках конкретного учреждения, но и с точки зрения устойчивости всей системы родовспоможения, потому что именно в таких историях становится ясно, ограничится ли всё формальными проверками или за ними последуют реальные выводы и изменения, от которых напрямую зависит доверие матерей к системе здравоохранения. 🥰 Ирина Елифёрова Z. Подписаться