17 июня 2020

О подаче искового заявления по поводу незаконности конституционных поправок. Ранее мы уже писали, что попытка найти лавкрафтовскую хтонь, стоящую за мотивацией и способностью кого-либо написать исковое заявление закономерно ведет к тому, что вокруг участников процесса возникает либо ореол квази-самостоятельности, либо возникает ощущение «великой шахматной доски» и наличие опытного кукловода над участниками процесса. Именно так создается фактура «образа независимости». Один из главных вопросов: образ независимости чего/кого формируется? Независимых депутатов Гордумы в лице Ступина и Шереметьева или независимых судей Верховного суда? Два других вопроса напрямую связаны с абсурдностью идеи «учить демократии авторитарно», как и с не менее абсурдным временем подачи заявлений. Не рано ли спохватились, скорость разбора дела точно не ангажирована политически? Если ангажирована политически и требует решения вне регламентов, до определенного срока, то о какой независимости суда может идти речь? А если суд де-факто независим, то смысл показной демократии? Показать, что «старый пес лает по-новому» или то, что в конфликте трех первых замглавы АП суды резко и весьма рисковано встали на про-володинскую позицию «саботажа»? Не выглядит ли странным тогда то, что участники, отстаивавшие позиции В.В. Володина, оказались в одной связке с персоналиями публично малозначительными и позиционно противоположными (что означает умышленную демонстрацию слабости в конфликте и фактическую слабость несогласованной защиты)? Наличие такого списка вопросов может означать следующее: подобная акция скорее всего является инициативой куда более приземленной, решающей задачи медийного продвижения/узнаваемости, противопоставленного процессу затухания интереса к персонам истцов. Иными словами, Ступин, Шереметьев, Соловей и Бочаров пытаются поймать хайп-рыбу в мутной воде проблемы поправок.