24 августа 2026

👍👍👍👍👍👍👍👍Американские санкции против Ирана как игра на выносливость Представитель Русско-Иранского центра экономического и правового сотрудничества Аббас Мирзаи Гази в авторской колонке специально для «Суверенной экономики»: Новая санкционная кампания США может оказаться испытанием не только для Тегерана, но и для самих Штатов. Вашингтон десятилетиями использует санкции против Ирана, поэтому главная интрига — насколько далеко США готовы зайти в применении вторичных санкций. Тегеран создал собственную систему адаптации: альтернативные торговые маршруты, финансовых посредников, расчеты в разных валютах, скидки для покупателей, региональные торговые связи и механизмы перераспределения санкционных рисков. Вашингтону придется воздействовать на всех посредников в третьих странах. Именно здесь начинается самая сложная часть санкционной политики. Ограничить небольшую компанию сравнительно просто. Совсем другое дело — попытаться поставить под угрозу интересы крупного банка, нефтепереработчика или финансовой структуры государства, которое само определяет свою экономическую политику. Например, Пекин остается крупнейшим покупателем иранской нефти и обладает собственными экономическими и геополитическими интересами. США способны сделать сотрудничество с Тегераном для китайского бизнеса более рискованным, но заставить весь нефтяной сектор КНР отказаться от иранского сырья — задача совершенно другого масштаба. В случае чрезмерного давления торговля не обязательно исчезает. Она может просто уйти в менее прозрачные каналы. Когда официальные расчеты, страхование и логистика становятся слишком дорогими, появляются новые посредники, небольшие банки, независимые компании, альтернативные платежные механизмы и сложные цепочки поставок. И здесь проявляется один из парадоксов санкционной политики: чем сильнее Вашингтон пытается закрыть официальные каналы, тем выше потенциальная прибыль тех, кто готов взять на себя санкционный риск. В результате давление может не только ослаблять иранскую экономику, но и стимулировать развитие окружающей ее сети посредников. Финансовые ограничения действительно способны нанести Ирану серьезный ущерб. Банковские счета, страхование и расчеты — один из наиболее уязвимых элементов внешней торговли страны. Но лишить Иран возможности торговать полностью будет значительно сложнее. Та же логика работает и в отношении соседей. ОАЭ особенно чувствительны к американскому давлению из-за глубокой интеграции в мировую финансовую систему. Турция вынуждена балансировать между связями с Западом и собственными торговыми и энергетическими интересами. Для Ирака и Пакистана отношения с Ираном важны из-за географии и тесных экономических связей. Поэтому здесь нельзя исходить из простой модели: Вашингтон давит — остальные отступают. Чем выше цена американских требований для третьих стран, тем меньше пространство для их долгосрочного участия в общей санкционной стратегии. Нефтяной рынок станет еще одной зоной, где последствия новой кампании могут выйти далеко за пределы Ирана. Если санкции приведут к устойчивому сокращению иранского экспорта, первым естественным результатом станет рост цен на нефть. Масштаб будет зависеть от того, какой объем поставок реально выпадет и насколько быстро его смогут заменить другие производители. Для России это создает одновременно возможности и риски. Более высокая цена нефти способна увеличить доходность российских экспортных поставок и частично компенсировать внешнее давление. Но обе страны претендуют на поставки в Азию. Если Тегеран будет вынужден давать еще большие скидки, конкуренция за азиатский спрос усилится. Кроме того, слишком резкий рост цен способен ударить по мировой экономике и в перспективе снизить спрос на нефть. Поэтому формула «давление на Иран — однозначная выгода для России» здесь не работает. Скорее возникает сложная цепочка: сокращение иранского экспорта способно поднять мировые цены, это может поддержать доходы российских экспортеров, но одновременно усилить конкуренцию на азиатских рынках. #АвторскаяКолонка Подписывайтесь на Суверенку в MAX.