8 августа 2026

Андрей Калитин, телеграм-канал «Бедный Рюрик» @akalitin, специально для канала «Незыгарь» @russicaRU Война в Афганистане, переговоры об окончании которой шли неполных 6 лет, и формально завершилась Женевским соглашением от 14 апреля 1988 года, была остановлена руководством СССР не по гуманитарным соображениям, а потому, что всем в Кремле к тому моменту было понятно - гонка вооружений и курс на милитаризацию экономики ведёт страну в тотальный тупик.  Михаил Горбачев, на XIX партконференции в 1988 году призвавший страну к развитию конкуренции, хозрасчёту и переходу на «рыночную модель экономики», изначально не собирался отказываться от госмонополий и пятилеток. Он не предполагал, что рынок умеет формировать вектор развития страны быстрее Госплана.   Когда Сергей Собянин в интервью ТАСС говорит о том, что перевод экономики на военные рельсы означает «убить страну», он, будучи лидером предвыборного списка «ЕР», прежде всего пытается завоевать лояльность бизнес-элит. Но фраза о том, что «никчемные разговоры, которые ведут люди, которые не понимают, как ведется современная экономика», адресована не военкорам и пропаганде, а силовому блоку. И это уже похоже на брошенную перчатку. Московский мэр аккуратно говорит о том, что «экономика мирной жизни» позволит стране победить на фронте. Эта формулировка выверена, отшлифована, она соответствует духу времени. Сегодня Собянин иначе и не может сказать. Но, кажется, он, как и очень многие, говоря про сегодня, думает о том, что страна будет делать завтра, условно «После».  «Перестройка» началась не снизу, не на митингах и не в региональном тылу, а в самом сердце политической системы СССР. Проект «Нормализация» родится тоже в Москве. Стать лидером послевоенного проекта сможет тот, кто знает ответ на вопрос «что же нам делать после окончания СВО?», который задают сегодня в Кремле, где по телефону разговаривают с живым генералом, о смерти которого сообщали более года тому назад.