6 сентября 2026

Соединенные Штаты предприняли одну из последних перед выборами в Конгресс попыток убедить президента России Владимира Путина согласиться на остановку войны в Украине. В отличие от предыдущих раундов, нынешний состав американской делегации был существенно расширен. Помимо основных переговорщиков, в Москву прибыли представители Государственного департамента, Министерства финансов и Совета национальной безопасности США. Вашингтон намеревался одновременно представить российской стороне возможные последствия дальнейшего санкционного давления, обозначить перечень ограничений, которые могут быть смягчены в случае достижения соглашения, донести американскую оценку ситуации на фронте и обсудить потенциальную архитектуру отношений США и России после завершения войны. Несмотря на расширенную повестку, значительная часть переговоров вновь была посвящена перспективам экономического сотрудничества. Американская сторона представила концепцию масштабной нормализации отношений, предполагающей потенциальные совместные проекты общей стоимостью порядка $1,5 трлн. Позиция Владимира Путина по ключевым вопросам украинского урегулирования при этом, по изложению американской стороны, существенно не изменилась. Американская делегация на этот раз была значительно шире, чем в ходе предыдущих контактов. Представитель Министерства финансов США, отвечающий за санкционное направление, должен был представить российской стороне расчеты возможных последствий новых американских санкций для экономики Российской Федерации. Одновременно он привез перечень ограничений, которые Вашингтон потенциально готов ослабить или полностью отменить в случае достижения соглашения по Украине. Однако непосредственно к переговорам с Владимиром Путиным представитель Минфина допущен не был. Американская сторона пришла к выводу, что отдельная санкционная презентация на встрече с российским президентом может изначально задать переговорам неправильный тон. В результате информацию представителю Минфина удалось донести Кириллу Дмитриеву, который, в свою очередь, пообещал передать ее Владимиру Путину. Представитель Государственного департамента США выполнял преимущественно контрольную функцию. Его задачей было следить за общим ходом переговоров, обеспечивать соблюдение американскими переговорщиками заранее согласованной позиции и контролировать корректную передачу российской стороне посланий президента США. Отдельную задачу получил представитель Совета национальной безопасности США. Он должен был: • представить американскую оценку реального положения дел на фронте; • отдельно обозначить возможные последствия дальнейшего сотрудничества России с Ираном; • обсудить перспективы взаимодействия Москвы и Вашингтона в сфере глобальной безопасности после завершения войны в Украине. Несмотря на широкий состав делегации и наличие отдельных военно-политических и санкционных вопросов, значительная часть переговоров вновь была посвящена экономике. Обсуждались потенциальные совместные проекты России и США, которые могут быть реализованы после достижения мирного урегулирования в Украине и нормализации двусторонних отношений. По оценкам, фигурировавшим в ходе обсуждений, совокупный потенциал такого сотрудничества может составлять порядка $1,5 трлн. Масштаб рассматриваемых идей выходит далеко за пределы традиционного двустороннего экономического взаимодействия. В частности, среди обсуждавшихся проектов фигурировали строительство тоннеля под Беринговым проливом и создание железнодорожного сообщения, которое в перспективе могло бы связать Аляску с Транссибирской магистралью. Таким образом, базовая американская логика остается прежней: продемонстрировать российскому руководству объем потенциальных экономических выгод, которые Москва может получить в случае прекращения войны и последующей нормализации отношений с США.