18 февраля 2019

Большое Интервью -2. НЕЗЫГАРЬ-Симоньян. "Громов мне действительно, хочу надеяться, доверяет. А я – ему". - Известно, что вы человек, которому доверяет Президент. Также не секрет, что у вас отличные отношения с Алексеем Громовым. Раскройте секрет - вам не тесно на РТ, готовы ли вы брать новые информационные высоты? -По поводу доверия Президента – мне об этом ничего неизвестно. Или вы о том, что я была доверенным лицом во время выборов? Так там много было людей. Громов мне действительно, хочу надеяться, доверяет. А я – ему. На RТ у меня просторный кабинет – так что нет, мне там не тесно. И высот никаких других мне не нужно – ни информационных, ни политических. Это семейный вопрос. У меня маленькие дети и муж, которого очень утомляет моя деятельность. Хотелось бы успеть еще родить детей. А мне уже под сорок. Мой личный карьерный KPI, который я сама себе ставила в юности, давно перевыполнен. Все, что я хотела - переехать в Москву и стать известным журналистом. По результатам 2018-го года я самый цитируемый журналист в стране (рейтинг «Медиалогии»). О чем еще мечтать? "У каждого публичного человека жизнь проходит в борьбе. RT – мое последнее место работы". -Ваши недоброжелатели говорят, что RT удалось сделать весьма продаваемым медиа продуктом. Мало кто еще в России сделал канал, реально выигрывающий конкуренцию у мировых грандов. У вас получилось. Разве это не причина претендовать на новые позиции? -Создать международный телеканал, стать субъектом международной политики я никогда не мечтала. Тем не менее, телеканал, главредом которого меня назначили в 25 лет, вырос в огромный международный медиахолдинг, обходит по онлайн-аудитории арабскую Аль-Джазиру в арабском мире и испаноязычный CNN – в Латинской Америке. «Спутники» наши во многих постсоветских странах вообще на первом месте по аудитории. Во Франции вон власти говорят, что протесты "Желтых жилетов" - это тоже мы. Могла ли я представить, что основатель Pink Floyd, легендарный Роджер Уотерс скажет: «Я смотрю RT, потому что на американском телевидении невозможно увидеть документальный фильм о фрекинге - там не заинтересованы в том, чтобы доносить до людей какую-либо информацию». Или что Эмир Кустурица – мой любимый режиссер еще со школы – скажет: «Russia Today — лучший образец того, каким должно быть телевидение». Что собственные политические шоу на нашем канале будут вести кумир моего детства Ларри Кинг и кумир моей молодости Джулиан Ассанж. Что я буду приезжать к нему в посольство, где он уже шесть лет не видел солнца, и обсуждать, куда катится этот мир. Что я буду кормить русской кухней Оливера Стоуна и пить шампанское на корреспондентском ужине у Обамы. Что американский Форбс в своем рейтинге самых влиятельных женщин мира поставит меня на 13 пунктов выше Хиллари Клинтон. Все это сильно превышало мои амбиции и показалось бы мне, начинающей журналистке, плохо сляпанным сценарием неправдоподобного фильма. Я благодарна Богу и, конечно, людям, которые у нас работают. Этих результатов хватит на рассказы внукам. Но есть и обратная сторона. У каждого публичного человека жизнь проходит в борьбе. Я-то привыкла, хотя удовольствия это, конечно, не доставляет, а вот Тиграну тяжело. Ему не простили меня, и он огребает за меня уже несколько лет. С двумя инфарктами и семью стентами в анамнезе это не такая простая история. По совокупности этих причин, RT – мое последнее место работы. (Продолжение следует).