4 сентября 2023

Сразу в двух столицах в последние недели активно муссируется тема "последнего адреса". Если не знаете, это таки памятные таблички, которые крепят на дома, откуда чёрные воронки увозили старых большевиков, диссидентов и невинных жертв большого террора. Вешать таблички начали давно под эгидой "Мемориала" и ряда подобных контор. Вопреки ожиданиям (или как раз нет) инициаторов, идея горячей поддержки не получила: кто-то был против по политическим мотивам, кто-то (я был бы в их числе) говорил, что живёт в доме, а не на кладбище, не надо, пожалуйста. Одно дело - когда на стене висит доска в память о поэте, учёном или герое, другое - о террористе и убийце, которого, возможно, действительно репрессировали без суда, но можно ныне живущих не впутывать? Да, увезли отсюда по лживому доносу честного врача или слесаря. Жалко ли его? Да. Хочу ли я, возвращаясь каждый день с работы, думать о нём? Какую такую коллективную вину хотят внедрить в моё сознание идеологи? Чтобы что? А ведь есть ещё градостроительные нормы и правила, есть регламент охраны памятников. Не может каждый желающий повесить на твой дом то, что захочет: будь то памятная табличка, вывеска столовой или надпись "зенит-чемпион". Ожидаемо, что это начали снимать. Столичный казус отлично описывает Роман Антоновский, в Питере - несколько иначе. Город и без того - одно большое мемориальное кладбище. В каждом старом доме, в каждой квартире - тени погибших от холода, голода и болезней во время блокады, каждый там с пеплом в руке и с мертвецом на плечах. Многим нравится, но не всем. Конечно, память такого рода - то немногое, что отличает нас от прочих приматов, но дискуссия слишком уж скандальна, слишком откровенно спровоцирована. Здесь живут люди. Здесь у них радость, дети, вино и секс, пожилые родители, котики и клетчатые пледы. Разрешите им самим решать, когда они хотят сходить на погост.